Страстотерпец Евгений Сергеевич Боткин. О вере и верности даже до смерти

В ночь с 16 на 17 июля 1918 года вместе с царской семьей в Екатеринбурге был расстрелян врач Евгений Боткин, ныне прославленный в лике святых.

Трушин Александр

В августе 1917 года доктор Боткин мог бы остаться в Петербурге и не ехать в Тобольск вслед за сосланной в этот город императорской семьей. Но он поехал с ними добровольно. В июле 1918 года, когда большевики, опасаясь наступления армии адмирала Колчака, перевезли царскую семью в Екатеринбург и разместили в Ипатьевском доме, Боткину опять предложили уехать в Москву и работать в любой клинике. Он отказался. Врач ответил будущим палачам: «Видите ли, я дал царю честное слово оставаться при нем до тех пор, пока он жив. Для человека моего положения невозможно не сдержать такого слова. Я также не могу оставить наследника одного. Как могу я это совместить со своей совестью? Вы все должны это понять».

В детстве Женя Боткин был тихим, скромным, великодушным  мальчиком, совершенно не принимавшим никакого насилия.

Его брат Петр написал впоследствии книгу о нем, в которой есть такие строки: «Он был бесконечно добрым. Можно было бы сказать, что пришел он в мир ради людей и для того, чтобы пожертвовать собой».

Семья С.П. Боткина

Семья Боткиных была весьма обеспеченной. Дед, Петр Боткин был известным в России поставщиком чая. Проценты от оборота зачислял всем наследникам. В роду Боткиных было много творческих личностей (художников, литераторов и т.п.). Боткины состояли в родстве с Афанасием Фетом, меценатом Павлом Третьяковым. Отец Евгения, Сергей Боткин, был известным в стране медиком, одним из основателей отечественной терапевтической школы. Мальчик, родившийся в 1865 году в Царском Селе (под Петербургом) получил блестящее домашнее образование, был зачислен сразу в 5-й класс 2-й петербургской гимназии.

Евгений Боткин в юности

Здесь он проявил склонность к естественным наукам. И по окончании гимназии в 1882 году поступил на физико-математический факультет Петербургского университета. Но через год перешел на младшее отделение приготовительного курса Военно-медицинской академии – первого высшего медицинского учреждения России для подготовки классных чинов военного ведомства и военнослужащих медицинской службы. Возможно, профессия врача привлекала Евгения возможностью проявить свои лучшие душевные качества: облегчать боль, исцелять, поддерживать людей в трудные минуты.

Спустя восемь лет по окончании Академии в 1897 году Евгений Боткин был избран приват-доцентом этого учебного заведения. И вот характерные слова из первой его лекции студентам, в которой он изложил свое понимание врачебной деятельности: «Раз приобретенное вами доверие больных переходит в искреннюю привязанность к вам, когда они убеждаются в вашем неизменно сердечном к ним отношении. Когда вы входите в палату, вас встречает радостное и приветливое настроение — драгоценное и сильное лекарство, которым вы нередко гораздо больше поможете, чем микстурами и порошками...

Только сердце для этого нужно, только искреннее сердечное участие к больному человеку.

Так не скупитесь же, приучайтесь широкой рукой давать его тому, кому оно нужно. Так пойдем с любовью к больному человеку, чтобы вместе учиться, как ему быть полезным».

Евгений Боткин поначалу служил в Мариинской больнице и в других лечебных учреждениях. Занимался наукой. И все больше убеждался в необходимости понимать душу больного человека. Он пришел к выводу, что врач непременно должен быть верующим.

В эти годы Евгений Боткин начал работать в учреждениях Красного креста. Сначала в Свято-Троицкой общине сестер милосердия, которой покровительствовала императрица Александра Федоровна.  А в январе 1899 года он стал главным врачом Санкт-Петербургской общины сестер милосердия, созданной его отцом. Сергей Боткин разработал программу обучения и требования к персоналу. Например, сестра милосердия должна быть христианкой и знать молитвы.

Евгений Сергеевич в период русско-японской войны

В 1904 году началась русско-японская война, и Евгения Боткина отправили в Маньчжурию заведующим медицинской частью Российского общества Красного Креста. Он участвовал в боях, был награжден орденами Святого Станислава I и III степени, Святого Владимира III и II степени с мечами, Святой Анны II степени, сербским орденом Святого Саввы II степени и болгарским орденом «За гражданские заслуги».

Свое отношение к войне он передал в книге «Свет и тени русско-японской войны 1904-1905 годов».

Он писал: «Я не буду убит, если Бог того не пожелает».

Потери в русско-японской войне вызывали у него боль и отчаяние. Многие беды, что происходили в то время, Боткин связывал с отсутствием духовности и мелочностью расчетов, которые почему-то становились «выше понятий об Отчизне, выше Бога». Мучило и предчувствие: «Что-то будет у нас в России. Бедная, бедная родина». Эту книгу, изданную в 1908 году,  прочла императрица Александра Федоровна. Это изменило судьбу доктора Боткина. Он был приглашен как врач в царскую семью и в апреле 1908 года назначен лейб-медиком Николая II. Пробыл в этой должности до своей гибели.

Евгений Боткин и император Николай II

Николай II с большой симпатией и доверием относился к своему доктору. Но постоянными и наиболее сложными пациентами, доставлявшими немало хлопот и тревог лейб-медику, были императрица Александра Федоровна и наследник престола цесаревич Алексий. В детстве  будущая императрица перенесла дифтерию, осложнением которой стали приступы ревматизма, с тех пор постоянно беспокоящие ее, вызывая боли и отеки в ногах, сердцебиение, аритмию.

Особое внимание Боткин уделял царевичу Алексию, родившемуся  с опасным и фатальным заболеванием — гемофилией. Именно с цесаревичем он проводил большую часть своего времени, иногда при угрожающих жизни состояниях днями и ночами не отходя от постели больного Алексия, давая ему не только медицинское вспоможение, но и окружая его человеческой заботой и участием, отдавая ему все тепло своего щедрого сердца. Такое отношение находило взаимный отклик со стороны маленького пациента, который написал своему врачу: «Я Вас люблю всем своим маленьким сердцем».
Правда, бывали и размолвки между Боткиным и Александрой Федоровной. Существует предание о том, что как-то императрица попросила его осмотреть на дому заболевшего Григория Распутина. Боткин ответил: «Оказать медицинскую помощь любому — мой долг. Но на дому такого человека не приму».

Евгений Боткин с великими княжнами Анастасией и Марией

Началась Первая мировая война. Старший сын Евгения Боткина Дмитрий служил хорунжим лейб-гвардии казачьего полка. Врач императорской семьи мог бы уберечь его от боевых действий, но не стал этого делать. 3 декабря 1914 года Дмитрий погиб, прикрывая отход разведывательного казачьего дозора. Отцу остался посмертный орден Святого Георгия IV степени.

Святой страстотерпец Евгений Боткин. Икона 

А вскоре рухнула Российская империя. И вместе с нею уничтожались нравственные начала в обществе. Семья низложенного императора поначалу жила в Царском Селе, в Александровском дворце.  Еще летом 1917 года большевики требовали суда и казни Николая II. И Временное правительство тоже склонялось к расправе над царской фамилией. Император предвидел свою судьбу и предложил доктору Боткину оставить его.  И он на короткое время действительно оставил царскую семью – ему надо было оказать поморщь больной тифом вдове своего сына Дмитрия, жившей здесь же, в Царском Селе, в квартире доктора по улице Садовой, 6. Когда же состояние ее перестало внушать опасения, он без просьб и принуждения вернулся к затворникам Александровского дворца.

И как когда-то Иван Сусанин отдал жизнь за первого царя династии Романовых, так и врач Евгений Боткин до конца выполнил свой долг и отдал жизнь за последнего русского императора.

3 февраля 2016 года Архиерейским собором Русской Православной Церкви было принято решение об общецерковном прославлении страстотерпца праведного Евгения врача. Дни его памяти – 17 июля и 7 февраля.