Афонские беседы: о семье, мире и смирении

Весь мир много веков смотрит на Святую Гору Афон в надежде встретить Бога – через особое благословение этого места Матери Божией, труд и молитву монахов, подвиг ли наставления афонских старцев. Группа паломников из России только что вернулась из путешествия на Афон, где поучаствовала в беседе с одним из афонских подвижников – монахом N.

Ответы на вопросы паломников записал наш специальный корреспондент Сергей Чесноков.

Отец Протокол, или Как сохранить внутренний мир

– Отец N., как сохранить внутренний мир, который мы в той или иной степени получаем на Афоне?

– Утром просыпайтесь и задавайте себе вопрос: что я здесь делаю? Что я должен сделать сегодня? Не живите абы как – планируйте свою жизнь. У нас есть даже такое шуточное выражение – «отец Протокол», то есть хранитель времени. Человек должен понимать, что он делает и к каким целям идет.

Целеполагание обязательно: важно не только ставить цели, но и понимать, как их достигать.

Обязательно читайте Священное Писание. Причащайтесь – причастие как топливо для машины: если не заправил, она никуда не поедет. Молитесь, стройте собственные личные отношения с Богом – только через это можно стяжать и сохранить мир. И самое главное – не формализуйте духовную жизнь. Знаете, самое интересное, что именно от этого мы часто и бежим. Мы готовы согласиться со всем, только бы не остаться один на один с Богом и не начать с Ним разговор. Почему? Потому что это страшно. Возникает какой-то внутренний паралич. Но это нужно перебороть.

Иногда человеку легче выкопать траншею под кабель, чем спокойно сесть и прочитать триста Иисусовых молитв («Господи, Иисусе Христе Сыне Божий, помилуй мя грешнаго»).

А ведь именно через Иисусову молитву начинаешь чувствовать, как бьется твое сердце. Начинаешь понимать, что мешает этому биению, что мешает твоему отношению к Богу. Тогда начинаешь видеть свои страсти – как шторы на окнах. И уже понимаешь: вот эта штора, вот эта грязь. Но как ее убрать? Господь убирает – только сначала нужно ее увидеть и почувствовать.

Поэтому – молитесь, читайте Евангелие. И очень важно научиться видеть себя хуже всякой твари. В этом и начинается православие. Когда человек понимает свою ограниченность, это уже начало победы.

Когда искушает блудная страсть

– Батюшка, такой вопрос <из пастырской практики>. Семейного человека искушает блудная страсть...

– А кого она не искушает? Я, когда читал у Кассиана Римлянина о подвижниках Египетской пустыни и Святой Земли, не встретил ни одного святого, который сказал бы: «Я полностью победил эту страсть».

Поэтому само по себе искушение – вещь обычная для человеческой природы. Как ветер: он всех касается, всех обвевает. С ветром ведь не борются напрямую – от него прячутся.

Так и со страстями: важно не зацикливаться на них, а искать, как укрыться, как не давать им власти над собой.

Когда в браке возникает напряжение

– А если человек не хочет изменять жене, но в семье ему не хватает физической близости, и он прибегает к рукоблудию, считая, что так хотя бы не изменяет? Можно ли считать это меньшим грехом, чем измена?

– Дело не в «меньшем» грехе. Здесь сама логика ошибочная. Человек начинает думать, что отношения с женой строятся исключительно вокруг этой стороны жизни. Но именно из-за такого подхода семьи часто и рушатся: оказывается, что все отношения сведены только к удовлетворению страсти.

На самом деле вопрос нужно ставить глубже: чего человеку не хватает в браке? Почему отношения сложились именно так? Что происходит между супругами?

– Священнику в такой ситуации допускать человека к причастию или не допускать?

– Вопрос сложный. С таким человеком нужно разговаривать. Я не могу заранее сказать, что с ним делать. Насколько он безнадежен? Да и я сам в уме тоже безнадежен – что я могу сказать?

Проблема в том, что люди часто ограничивают себя своим пониманием духовной жизни. Приходят и как бы демонстрируют <несостоятельность> свою: «Вот я такой грешный, батюшка, что мне теперь делать?»

Если скажешь «не причащайся», он может ответить: «Ну тогда я и ходить в храм не буду, потерял всякий интерес». А если, наоборот, сразу сказать «причащайся», – это тоже может стать искушением.

Иногда такого человека нужно резко встряхнуть, привести в чувство, «бить под дых». Сказать: «Подожди, а ты вообще кто? Что ты делаешь в Церкви?» То есть вывести его из состояния благостного саможаления: «Вот я такой плохой, рассудите меня, батюшка». А потом уже разговаривать. Смотреть, как человек реагирует, готов ли он слышать.

Главное – чтобы отношения были живыми, неформальными. Нужно молиться за этого человека, читать хотя бы сотню молитв Иисусовых. И если у тебя действительно болит сердце о человеке, ты за него будешь молиться, и ответ появится, но лично о нем.

Но важно учитывать и другое: в семейных вопросах почти всегда участвуют двое. «Танго танцуют вдвоем». Либо сам человек выстроил такие отношения, либо действительно бывает, что жена его игнорирует. И тогда он оказывается в ситуации, когда чувствует себя загнанным.

Но и здесь все не так просто. Такие отношения обычно складываются годами. Поэтому прежде всего нужно честно посмотреть на себя и на то, как эти отношения строились.

– Вот я и говорю о честности. Если человек нечестен сам с собой…

– Иногда нужно просто менять формат отношений с женой. Но это очень сложно. И подход к каждому случаю должен быть индивидуальным. Нужно разбираться: как вообще строятся эти отношения? Зачем они выстроены именно так? Какие ценности лежат в их основе? Чего жена от него хочет?

Женщина – вообще особая тема. Слава Богу, здесь сейчас только мужчины, поэтому подробно говорить об этом не буду. Но в реальности все бывает очень непросто. Сколько лет они в браке?

– Думаю, лет пятнадцать. Может, чуть меньше – десять.

– Понятно. Поженились примерно в двадцать пять лет, потом наступает возрастной кризис – около тридцати–сорока. Меняется восприятие мира, дети подрастают, внутренние ресурсы постепенно исчерпываются. И ко всему этому добавляется влияние информационной среды, которая тоже сильно воздействует на человека.

Отец, могу сказать, что здесь прежде всего нужно смотреть и разговаривать. Это сложно. По сути, это целая семейная педагогика. Здесь нужен очень серьезный личностный подход.

Вообще это одна из самых сложных проблем сегодня – сохранить домашнюю церковь, то есть семью.

Потому что удар диавола идет именно в ее основание. Либо семейные отношения разрушаются, либо их сводят к какому-то примитивному уровню, когда уже становится даже неловко говорить о глубине и смысле брака.

– А вот другая ситуация. Женщина развелась, но продолжает жить в этом состоянии, терпит, развод не оформляет. Спрашивает: «Что мне делать, батюшка? Я понимаю, что это плохо, но никуда не ухожу».

– С такой женщиной тоже нужно разговаривать. Спрашивать: куда ты идешь дальше? Как складывается твоя жизнь? Что ты читаешь? Как ты молишься? С кем общаешься?

Потому что здесь переплетается очень многое: дети, родители, чувство ответственности за близких. И важно понять, как можно человека разбудить, за какие внутренние нити можно осторожно потянуть, чтобы он начал по-другому смотреть на свою жизнь.

Это очень сложная тема. В каком-то смысле человек оказывается как будто в собственном «монастыре» – замкнутом пространстве своей жизни. А монашество – вообще особая тема, тем более в России. Поэтому здесь требуется большая осторожность и внимание.

В общем, отец, молись, молись. Здесь нет готовых рецептов.

Каждая душа перед Богом – как целая галактика. И универсальных решений не существует.

Можно, конечно, сказать человеку: «Мы тебя отлучим от причастия, десять лет не будешь причащаться». Но тогда он просто уйдет из Церкви – и все.

С другой стороны, и подходить к таким ситуациям формально тоже нельзя. Владыка тебе скажет: он сталкивается с этим каждый день. Нельзя механически применять каноны святых отцов к современным людям. У людей другая система ценностей, другое состояние души.

Здесь заключена огромная ответственность священника. Все проходит через сердце – буквально как капли крови.

Господь спросит за каждого человека. А с другой стороны – перед тобой его жизнь. Но многое в ней остается тайной. Готовых рецептов я дать не могу.

– Один человек лет шесть–семь назад завел любовницу. Тогда его окормлял другой священник. Они поборолись с этой ситуацией, преодолели кризис. Семья тогда восстановилась. Священник серьезно поговорил с ним, даже страхом адского наказания его вразумил. Но потом этот священник умер.

Прошло еще пять лет. И примерно два–три года назад в семье снова начались проблемы: жена перестала жить с ним как с мужем. Он два года мучился, буквально сходил с ума. Со временем страх, который тогда поселил в нем духовник, ушел. Теперь у него снова появилась любовница. Он решил разводиться с женой и жениться на другой женщине.

– Ну что ж… как вариант.

– Он говорит, что хочет еще жить – жить полной жизнью, иметь семью.

– Понимаю. Формально это возможно, хотя есть канонические ограничения. Но само по себе допускается…

– А если жена раскается и будет готова сохранить семью?

– Не знаю… Может быть, и нет. Может быть, она просто играет. Здесь сложная ситуация. Время уходит, и в итоге могут остаться только сломанные судьбы.

Что делать? Прежде всего не принимать такие решения поспешно и самостоятельно. В таких вопросах человеку обязательно нужно советоваться, молиться и внимательно рассматривать ситуацию.

– А что говорить детям, которые не хотят жениться, создавать семью рожать детей? Пугать их адом?

– Такой страх действует очень недолго. Очень короткое время – и потом перестает работать. Он просто проходит, как будто его и не было.

Здесь есть другая проблема – проблема упущенных возможностей. Человек понимает, что чего-то в жизни не сделал, а время уже прошло, и он не знает, как теперь с этим быть.

Кроме того, родители сегодня перестают быть авторитетами. В Евангелии ведь прямо сказано: «враги человеку – домашние его». На человека влияет множество других источников – интернет, друзья, подруги, окружающая среда. Появляются другие авторитеты, и они часто перевешивают все семейные ценности.

Поэтому остается прежде всего молитва родителей. Та молитва, которая, как говорят святые отцы, может достать человека даже со дна ада.

Мы часто думаем, что дети обязательно должны пройти тот путь, который прошли мы.

Сегодня мир изменился, и дети нередко идут совсем другой дорогой. И все же это не значит, что для Бога этого пути не существует.

Иногда человек проходит через тяжелые жизненные ситуации – и именно тогда вспоминает те «острова», которые получил в детстве: веру, слова родителей, их пример. И постепенно возвращается.

К сожалению, мы не можем сделать все сами. Это тяжелое испытание – не только для отдельных семей, но и для всей нашей цивилизации.

Самое опасное в этой ситуации – когда мы начинаем терять доброту, терпение, самообладание. Появляется гнев, раздражение, опускаются руки.

А важно другое: даже если человеку плохо и он идет трудным путем, нужно быть готовым протянуть ему руку помощи.

«Я рядом»

– А как, например, утешить мать, которая потеряла своего ребенка?

– Здесь невозможно что-то объяснить словами. Никаких рассуждений. Нужно просто смириться перед этой болью и сказать: «Милая моя, это так страшно. Это такая скорбь, которую невозможно осознать умом. Я рядом с тобой. Я готов помочь».

Иногда человеку нужно услышать только одно: «Я рядом». Когда человек переживает такую утрату, – ему настолько больно, что он не способен воспринимать какие-то объяснения.

Поэтому больше ничего говорить не нужно. Ни рассуждений, ни попыток все объяснить. Просто быть рядом и вместе переживать эту боль. А уже потом у человека неизбежно возникает вопрос: «Почему? В чем смысл?» И этот вопрос он должен задавать Богу. Когда человек начинает молиться, спорить, разговаривать с Богом, искать ответ – постепенно приходит успокоение. И пока ему можно говорить: «Я рядом, я тоже не понимаю, тоже ищу этот ответ».

Главное – не отворачиваться от Бога в этой боли. И не пытаться говорить человеку, будто мы знаем смысл его страдания. Мы этого не знаем. Можно сказать только одно: у Бога нет мертвых.

Поэтому самое важное – быть рядом: «Мы вместе переживем это». А дальше человек уже сам будет искать ответ перед Богом.

Это искание должно идти через сердце, а не через голову. Потому что голова начинает строить бесконечные рассуждения, которые только запутывают. Все демоны селятся в голове. А сердце ищет Бога.

О сотрудниках и терпении

– Как относиться к недостаткам коллег, сотрудников?

– Берегите тех сотрудников, которые у вас есть. Лучше уже не будет – дальше, скорее всего, станет еще сложнее.

Нужно ценить людей, которые рядом. Понимаете, какая сейчас ситуация? Мир переживает распад. Да и человек стареет, приходят болезни – и это неизбежно, потому что после грехопадения человеческая жизнь связана со смертью и тлением.

Долгое пребывание вне церковной жизни тоже дает свои плоды: происходит духовное и психологическое разрушение. Люди становятся более неустойчивыми, тяжелыми в отношениях. К тому же они живут в информационной среде, которая буквально переполнена ложью. Средства массовой информации, кино, вся культурная среда – все это постоянно влияет на человека, часто разрушительно.

Но, по большому счету, проблема даже не только в сотрудниках. Главная проблема – в детях.

Мы уже не можем удержать детей так, как раньше. Родительский авторитет ослабевает.

А сотрудники… здесь уж как Бог даст. Нужно стараться удерживать людей рядом. Иногда бывает так: дал человеку палец – он готов откусить всю руку. Но все равно приходится учиться терпению.

– Подчинению?

– Нет, скорее терпению. Уметь все видеть, но при этом не осуждать.

Самое трудное – терпеть и не потерять любовь.

Сохранить доброту

Потому что есть большое искушение: как сказано в Евангелии, «по причине умножения беззакония во многих охладеет любовь». Когда вокруг постоянно сталкиваешься с беззаконием, начинаешь внутренне реагировать и постепенно теряешь мир в душе. А это самое опасное. Сначала начинаешь рассуждать, потом осуждать, потом появляется «праведный гнев» – и человек постепенно разрушает себя изнутри. Поэтому главное – просить у Бога терпения. Чтобы видеть происходящее, но не терять внутренний мир и любовь.

Но, конечно, это очень трудно. И чем дальше, тем труднее.

– Батюшка, а как тогда спасаться? Всем уходить в монастырь?

– Сам человек себя не спасет. Спасает Господь. Человеку самому спастись невозможно – спасение приходит от Бога, и Он ведет каждого какими-то Своими, только Ему ведомыми путями. Мы не знаем, как именно это происходит.

Сейчас Господь попускает очень тяжелые испытания – такие, какие, может быть, даже многим святым отцам не снились.

У святителя Василия есть мысль о том, что последние христиане, возможно, не совершат великих подвигов. Но искушения у них будут такие, что если человек сохранит доброту до конца, он может превзойти и нас, и наших отцов.

Вот эту доброту и нужно сохранить.

– Но как это сделать?

– Нужно увидеть собственную греховность. Когда человек начинает понимать свою немощь, тогда он легче понимает и другого, может его простить. Тогда в нем появляется доброта.

– Звучит просто, но исполнить это очень трудно.

– Но другой доброты не бывает. Настоящая доброта рождается именно из понимания собственной немощи.

Афон как место молитвы и терпения

Афон, как я сейчас чувствую, остается спасительным местом, где по-прежнему совершается молитва. Все происходящие события со временем уйдут, так или иначе изменятся. Неизменным остается только одно – ожидание Второго Пришествия Христа. Но здесь, на Афоне, ощущается благодать Божия. Чувствуется, что Божия Матерь не покинула это место. И хочется верить, что все нынешние нестроения со временем завершатся.

Сегодня особенно важна добродетель терпения. Многие люди делятся на два лагеря: одни предпочитают ничего не замечать, другие, наоборот, ждут резких действий, конфликта, обострения. Но ни тот, ни другой путь не является правильным.

У Церкви есть своя твердая позиция, потому что Истина не может быть искажена или переписана человеческим решением.

Но при этом важно помнить: преодолеть разделения можно только через терпение и любовь.

Расколы всегда возникают быстро, но исцеляются долго. Чем глубже рана, тем больше времени требуется для ее врачевания.

Мы надеемся, что по молитве всей Церкви Господь нас не оставит. Ведь Церковь принадлежит Богу, и Он Сам управляет ею. Бог поругаем не бывает, и Церковь не исчезнет – она всегда будет исполнять свою спасительную миссию. И все же мы переживаем, потому что речь идет не о чужих людях. Это наши близкие, наши братья, и поэтому эта боль особенно чувствуется.

Семейная жизнь и монашество: где труднее?

– А где тяжелее – в браке или в монашестве?

– Как в старом анекдоте: и там пожалеешь, и здесь пожалеешь (шутка).

Но если говорить серьезно, то разницы для спасения нет. Как сказано: кто не может понести тяжести семейной жизни, тот идет в монашество.

И в браке, и в монашестве человек несет свой крест.

Брак – это тоже венец. Недаром на венчании надевают венцы как образ тернового венца. Это очень тяжелая жизнь, к которой, к сожалению, современные люди часто не готовы.

– То есть люди просто не готовы к браку?

– Не только к браку – часто вообще ни к какой ответственности. Многие хотят жить прежде всего ради себя. А брак – это, наоборот, путь самоотречения ради другого человека.

– Что тогда такое любовь?

– Жертва. Любовь – это самоуничижение ради другого. Другой любви не бывает. Если человек пытается смотреть на любовь со стороны и оценивать ее, он уже теряет ее смысл. Любовь проходит через сердце, через готовность жертвовать собой.

Опасность монашеского пути

Монашество, с одной стороны, кажется освобождением: нет семейных конфликтов, бытовых напряжений. Но здесь есть и своя духовная опасность. Человек вступает на очень тонкий и сложный путь, буквально на лезвие бритвы. Если он идет к Богу – это один путь.

Но иногда люди приходят в монашество как будто от чего-то, а не к Богу. А идти к Богу страшно.

Ты не знаешь, что будет с тобой завтра, через пять минут. Тебе постоянно приходится менять себя, бороться со своими мыслями и страстями. Главная проблема, конечно, физиологическая: понятно, что Господь Сам дал заповедь человеку плодитесь и размножайтесь. Это встроено в природу, и сложно преодолевать естество, это как динамит, который в тебе заложен.

Иногда человек начинает уставать от этого пути и ищет спокойствия: вот огород, хозяйство, тихая жизнь – и вроде бы все хорошо. Но в этом может скрываться духовная ловушка: человек замыкается и перестает идти вперед.

Один мудрый старец однажды сказал: «Тебя постригли – дай Бог тебе умереть монахом».

Потому что сам постриг еще не делает человека настоящим монахом. Это только начало пути.

Это похоже на крещение: крещение само по себе не делает человека совершенным христианином. Христианином человек становится всю свою жизнь – постепенно, через борьбу, через опыт.

Так и монашество. Оно совершается не в момент пострига, а во всей последующей жизни человека.

Постоянный вопрос к самому себе

В духовной жизни очень важно постоянно спрашивать себя: что я здесь делаю?

Святые отцы говорили об этом прямо.

Преподобный Арсений Великий, живя в келье, постоянно спрашивал себя: «Арсений, зачем ты здесь?» Потому что духовная жизнь – это постоянная борьба с рассеянностью и самоуспокоением.

Всегда появляется искушение: встать попозже, ослабить правило, позволить себе чуть больше покоя. И от того, как человек отвечает на этот внутренний вопрос, зависит весь его путь.

О духовном пути и смирении

– А сколько лет вы уже на этом пути?

– К сожалению, количество лет не переходит в качество. Важно не сколько живешь, а как живешь. Поэтому нужно постоянно будоражить себя, не давать себе успокаиваться.

Иногда возникает иллюзия: уйти от всех, никого не видеть – и будто бы тогда начнется духовная жизнь. Но именно тут появляется опасность. Начинают «расти крылья», приходит мысль: «Ты уже святой». И вот тогда человек идет как по минному полю. Поэтому духовная жизнь – это постоянная борьба, постоянное внутреннее напряжение.

– У вас есть опыт восхождения в горы. Там ведь тоже бывают ситуации на грани жизни и смерти. Похоже ли это на духовный путь?

– Нет, это другое. В горах, даже в опасной ситуации, можно собраться и принять правильное решение. А в духовной жизни все гораздо сложнее. Здесь множество аспектов. Например, молитва: иногда человеку страшно встать на молитву, страшно предстать перед Богом, который требует полной отдачи. И кажется, что проще заняться чем угодно другим.

Если человек называет себя монахом, он должен стараться соответствовать этому имени. Иначе внутренние противоречия могут просто разрушить его.

Поэтому духовная жизнь часто ощущается как постоянный бой – будто ты все время под обстрелом.

При этом человек постепенно начинает понимать собственную немощь. Он видит, что своими силами ничего не может сделать. И именно это понимание становится очень важным. В монашеской жизни одно из главных открытий – осознание, что без помощи Бога человек ничего не может. Когда человек понимает это по-настоящему, тогда начинается настоящий духовный рост. Это похоже на евангельскую историю апостола Петра: пока он надеялся на себя, он тонул. И только когда воззвал ко Христу, получил помощь.

Поэтому духовный путь связан с глубоким переживанием своей слабости и с обращением к Богу.

Смирение – это не просто мысль о собственной слабости. Это состояние, которое человек переживает всей жизнью.

Когда человек начинает по-настоящему видеть свои страсти, свои падения, он понимает, насколько нуждается в помощи Божией. И тогда рождается настоящая молитва – крик к Богу о помощи.

Святой Силуан Афонский говорил: «Держи ум твой во аде и не отчаивайся».

Эти слова означают состояние крайнего духовного напряжения: человек видит свою немощь, понимает, что сам не может спастись, но при этом не теряет надежды на Бога.

И именно в этой точке – между осознанием своей слабости и надеждой на Бога – начинается подлинное движение духовной жизни.

Есть такое выражение: если у Бога нет выхода – ищи вход. Потому что отношения человека с Богом могут строиться совсем не так, как мы себе представляем. Часто мы действуем по привычным стереотипам, а Бог ведет человека совершенно другим путем.

Иногда это хорошо видно на примере людей, которые тяжело болеют. Они приходят и просят: «Батюшка, помолитесь». И начинаешь с ними говорить – о страхе, о болезни, о смерти, о том, чего на самом деле Бог ждет от человека.

Постепенно разговор приводит к главному вопросу: готов ли ты изменить свою жизнь?

Причем изменить ее по-настоящему, кардинально. И именно здесь часто начинается переломный момент, когда перед человеком открывается совсем другая дорога.

Вспоминаются слова древних врачей: если у тебя проблемы со здоровьем – измени питание. Если это не помогает – измени образ жизни. Если и это не помогает – измени место, где живешь. То есть нужно принимать другие решения.

То же самое относится и к духовной жизни. Часто человек просто живет неправильно: у него неверные цели, неверная оценка своих сил, неверные ориентиры. Поэтому духовная жизнь – это всегда многоплановая задача. Главное – не останавливаться. Потому что остановка – это уже своего рода смерть, духовная, а иногда и физическая.

О рассудительности

– Как поступать, если кто-то из близких приходит и просит совета? Вы говорили, что давать советы опасно.

– Здесь нужна рассудительность. В жизни бывают очень разные ситуации.

Например, приходит человек и говорит: «Дай выпить». И если не дать – он может умереть, потому что его организм не выдержит. Бывали случаи, когда человеку не помогли, не дали опохмелиться – и он погиб.

Поэтому, когда человек приходит к тебе за помощью, нужно протянуть ему руку. Господь именно тебя поставил рядом с ним в этот момент.

А дальше – молиться и просить у Бога вразумления, как поступить правильно.

Помолись и спроси у Бога, что тебе делать в данной ситуации. Никаких универсальных рецептов не существует. Священник на исповеди всегда принимает решение индивидуально – для каждого человека.

А как поступил бы Христос?

– То есть нужно спрашивать себя: что бы Христос сделал на моем месте?

– Да, это один из правильных вопросов: а как поступил бы Христос?

– Помню один случай. Стоял у храма нищий, просил помощи. У меня было пять тысяч рублей, и я пожалел их ему отдать. Подумал: зайду в буфет, разменяю, а потом на обратном пути дам ему тысячу. Я разменял деньги и пошел на занятия богословских курсов. Когда вернулся – нищего уже не было. В тот же день у меня украли чемодан с документами и деньгами. Потом чемодан нашли где-то на помойке. И среди прочего там лежала та самая порванная тысяча – та, которую я хотел отдать нищему, но не отдал.

– Господь быстро проучил…

– Да. С тех пор я уже не рассуждаю так. Потому что тогда я начал взвешивать – кому дать, кому не дать. А потом и меня самого «взвесили».

О старцах и современном времени

Давайте спокойно признаем: сегодня старцев почти нет.

Посмотрите, когда они были. Тогда, когда были послушники. А когда были настоящие послушники? Когда не было интернета, средств массовой информации, бесконечного потока информации. Люди были проще, многие неграмотны.

В такой ситуации старец становился проводником между человеком и Богом. Вспомните историю Иоанна Смиренникова, которого святитель Иннокентий встретил на острове среди алеутов. Казалось бы, простой человек, но через него Господь действовал и помогал другим.

Бог всегда дает таких людей – святых, праведников, пророков. Через них Он пасет людей.

Но сегодня ситуация другая. У человека есть интернет, огромное количество книг, информации, доступ ко всему. И главная проблема теперь – как управлять собственным разумом.

Проблема не в том, где найти информацию, а в том, как отделить истину от лжи.

Это похоже на бочку меда, в которую добавили ложку цианистого калия: все внешне похоже на мед, но внутри – яд. И ни один старец здесь не сможет полностью решить эту проблему. Потому что современный человек слишком перегружен информацией и слишком легко поддается соблазнам.

Поэтому главное искушение нашего времени – это избыток информации и необходимость выбора.

Если апостол Иоанн Богослов писал о различении духов, то у нас сегодня чаще всего нет такой глубины различения.

Для нас порой уже достаточно научиться хотя бы простому: не называть черное белым, а белое – черным.

Мир сегодня пытается именно это сделать – перепутать понятия, переименовать вещи.

Поэтому наша задача на этом рубеже очень проста:
не лгать самому себе и стоять в правде, в истине и в добре.

Если человек сохраняет эту внутреннюю честность, Господь его спасет.

И для этого не обязательно искать великих старцев. Гораздо важнее – исследовать Писание, соотносить его со своей жизнью и своим сердцем. Не просто читать молитвы, а пытаться понять, как Слово Божие действует в твоей жизни.

В этом и заключается духовный путь.

Мир, по сути, не так сильно изменился: лжи стало больше, но Истины меньше не стало.

Не существует одного общего пути для всех. У каждой души своя уникальность – это целая галактика. И разговор с Богом у каждого должен быть свой. Если человек начинает кого-то копировать, ничего не получится.

У каждого есть свой талант, который мы часто зарываем, пытаясь строить духовную жизнь по образцу другого. Но нужно самому искать путь – постоянно вопрошать, проверять себя, учиться.

В молитве «Отче наш» это очень хорошо прослеживается. Сначала звучит: «Да святится имя Твое» – это своего рода целеполагание. А дальше начинаются прошения: о хлебе насущном, об ответственности за наши долги, о прощении, о том, чтобы не быть введенными в искушение. Каждая из этих строк – огромная духовная тема.

Поэтому эта молитва настолько глубокая.

Когда ученики спросили Христа: «Господи, научи нас молиться», Он дал им «Отче наш». В ней просто даны основные вехи, опорные точки, из которых строится вся молитвенная жизнь человека и все его отношения с Богом.

Это своего рода основание, из которого проистекает все остальное.

– Спасибо вам, батюшка, огромное – за ваше гостеприимство, за внимание и за ваши молитвы о России, о нашей Церкви, о нас, недостойных. Потому что все мы – от архиерея до последнего мирянина – нуждаемся в духовной поддержке и помощи.

Спасибо, что вы в этом не отказываете: помните о нас и молитесь здесь, на святом месте. Наверное, каждый из нас это чувствует. Когда в жизни все идет ровно, это ведь не значит, что все само собой хорошо складывается – просто за нас молятся. А когда становится особенно тяжело, тогда мы нуждаемся прежде всего в духовной поддержке.

Поэтому благодарим вас – и в вашем лице всю Святую Гору Афонскую, братьев и отцов, которые здесь живут и трудятся. Мы понимаем, что и здесь жизнь непростая. Но это особое место, где чувствуется Покров Божией Матери.

Иногда кажется, что у вас здесь прямая связь с Богом. Если у нас она проходит через длинную цепочку и множество препятствий, то здесь – словно сразу, напрямую.

Поэтому дай Бог вам сил, здоровья, духовной радости и утешения. Пусть исполняются ваши духовные надежды, и пусть Святая Гора Афонская всегда остается для вас святым и спасительным местом.

– Мы тоже вас помним, любим и всегда молимся за вас. И искренне благодарны за ваше посещение.

Фото Сергея Чеснокова